Глеб Морев (kritmassa) wrote,
Глеб Морев
kritmassa

Categories:

В Париже

выходит сборник, посвященный 60-летию Сергея Дедюлина, замечательного журналиста, библиографа, редактора. Так как тираж издания очень ограничен, позволяю себе привести здесь свое приношение юбиляру.


СТИХИ «БЫВШЕГО ПОЭТА»

В августе 1930 года в Ленинграде был арестован поэт Александр Иванович Тиняков (1886-1934). В конце 1920-х годов он получил специфическую известность в литературных кругах, в буквальном смысле выйдя на улицу с протянутой за милостыней рукой. Тиняков стал нищим и этот жест, по моему убеждению, должен интерпретироваться в контексте не бытовой, но, прежде всего идеологической проблематики второй половины 20-х, тогда же полемически заостренной и сформулированной Эйхенбаумом – «Как быть писателем?». Детальное освещение этой темы – предмет отдельной работы, посвященной публикации документов из следственного дела Тинякова. Здесь же, в память великолепно реализованного в свое время Сергеем Дедюлиным в Литературных приложениях к «Русской мысли» 1985-1991 годов уникального теперь жанра «компактных» газетных историко-культурных публикаций, хотелось бы ограничиться обнародованием одного стихотворного текста – из двух, отложившихся в деле Тинякова (1).


27 августа 1930 года на допросе в ОГПУ Тиняков показал следующее: «В 1927 г. на кв<артире> Вл. Смиренского я читал стих. написанные мною “Размышления у Инженерного Замка”, в каковом стих<отворении> я проводил аналогию между убийством Павла I, Александра II и Николая II. <…>

Размышления у Инженерного Замка

[Уж головы лип полуголы,
Остатки кудрей пожелтели,
И ласточки, бабочки, пчелы
С карнизов дворца улетели.]

Печальны осенние стоны,
Нахмурился, ежится замок.
И каркают хрипло вороны,
Быть может, потомки тех самых,

Которые мартовской ночью
Кричали в тревоге не зря,
Когда растерзали на клочья
Преступники тело Царя.

И мудрый, и грустный, и грозный
Закрылся безвременно взор —
И пал на Россию несносный,
Мучительно жгучий позор.

Не так же ли грязные руки
Взмятежили тихий канал,
Когда на нем, корчась от муки,
Израненный Царь умирал.

Не та же ль преступная воля
В Ипатьевском Доме вела
Зверье, — подпоив алкоголем,
Терзать малолетних тела?

Желябов, и Зубов, и Ленин —
Все тот же упырь-осьминог...
По-своему каждый растленен,
По-своему каждый убог,

Но сущность у каждого та же: —
У князя и большевика,
У каждого тянется к краже,
К убийству, да к буйству рука.

А к делу? К работе? Смотри-ка,
Взирай в изумлении мир,
Как строют Калинин и Рыков
Из русского царства сортир.

И правильно, мудро, за дело
Утонет Русь в кале своем,
Когда не смогли, не сумели
Прожить с светодавцем — Царем.

21-го июля 1927 г.
Садовая ул. у Инж<енерного> сада».

Текст стихотворения, собственноручно записанный Тиняковым, подшит к делу в качестве вещественного доказательства антисоветской деятельности, наряду с машинописными выписками из дневника Тинякова.

В дальнейших показаниях Тиняков подтверждает «агитационный» характер текста: «[28 августа 1930] Стихотворение “Размышления у Инженерного Замка” читалось мною не только у Смиренского, но и в пивной гр<ажданину> Пожарину. [31 августа 1930] В дополнение к моим предыдущим показаниям свое стихотворение “Размышления у Инженерного Замка” и мои другия стихотворения с антисоветской окраской я неоднократно читал в пивных вслух и у своих знакомых. В своих разговорах, которые я вел в пивных и у своих знакомых, я иногда высказывал недовольство существующим строем и его политикой».

Показание упомянутого гражданина Пожарина приводится тут же:

«Пожарин Лев Израилевич, 26 лет, служащий Гостехиздата (в 1926 г. привлекался по 116 ст. УК).

[29 августа 1930] Тиняков А. И. <так!> я знаю с 1926 года. Встречался очень часто с ним в пивной на пр. Володарского. Неоднократно в вышеук<азанной> пивной, где собирались книжники, Тиняков читал свои антисоветские стихи. В частности, он в <19>28 г. у меня получил 1 руб. за то, что прочел стихотворение “Размышления у Инженерного Замка”. Это и другие антисоветские стихи Тиняков читал во всеуслышание».

Пожарину вторит и писатель Василий Андреев: «Однажды, года полтора или два назад Тиняков в квартире Вл. Викт. Смиренского читал свои стихи. Прочел, между прочим, свое стихотворение: “Размышления у Инженерного Замка”. Стихотворение контрреволюционное».

Стихотворение, и правда, контрреволюционное. Среди тех, увы, немногих произведений русской литературы, что сохранились в качестве «вещдоков» в составе следственных дел 1920-х-1950-х годов, не так много текстов такой линейной прагматики – перед нами, по сути, стихотворный памфлет, сочинение и публичное чтение которого – вне зависимости от его художественных достоинств – нельзя не признать отчаянно-смелым биографическим жестом. Таким же, полным самой злободневной актуальности и неслыханным по радикальности был и сознательный выход Тинякова на улицу в амплуа нищего. Не «бывшего поэта», каким мифологизировала его нивелирующая синхронную остроту поступка память современников (ср., прежде всего, Зощенко), но «писателя, впавшего в нищету», как гласила подлинная табличка на груди Тинякова. Предпочтя милостыню советской поденщине на уровне «литературного быта», Тиняков и в сохранившихся текстах – стихотворных и дневниковых – демонстрирует ту последовательную радикальность, что в итоге стоила ему свободы. Понятая, но по понятным причинам замолчанная современниками, сегодня эта радикальность выводит Тинякова из зоны отдающего эпигонством декадентства – в пространство исторического авангарда, чьи деятели не обошли его фигуру вниманием. Упоминающий Тинякова в записных книжках Хармс откликнулся на его смерть в Ленинграде (куда Тиняков вернулся в 1933 году из лагеря и саратовской ссылки) прозаическим текстом «Рыцарь» , обыгрывающим, по моему представлению, перипетии катастрофической тиняковской биографии.

________________________________________

1) Первое («Чичерин растерян, и Сталин печален…», 1926) я опубликовал в «Митином журнале» (1999, № 57). Замечу, что при републикации в «Стихотворениях» Тинякова (Томск-М.: Водолей, 2002; сост. Н.А. Богомолова) оно было воспроизведено с искажениями.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments